Плещеев «детство» читать текст

4 декабря 1825 г- 8 октября 1893 г

Алексей Плещеев

Алексей Плещеев — русский поэт, подписывавший свои творения псевдонимом «Лишний человек». Творчество этого мастера слова, создавшего хрестоматийные произведения, незаслуженно мало изучается в школе. Однако доказательством народного признания можно считать то, что на его стихи положено около сотни песен, романсов.

Кроме поэзии Плещеев активно занимался общественной деятельностью, делал переводы и увлекался драматургией. Самые знаменитые строчки из позитивного стихотворения, прославляющего весну, известны всем: «Травка зеленеет, солнышко блестит…» Лирика Плещеева восхищает мелодичностью, чистотой и, может быть, некой бесхитростностью.

Однако некоторые замечают, что под такой кажущейся незамысловатостью скрыто социальное недовольство бедственной крестьянской долей.

Детская тема интересовала Алексея Николаевича Плещеева всегда. Он писал стихотворения для подрастающего поколения, тщательно составлял хрестоматии, включающие лучшие, по его мнению, детские стихи.

Благодаря ему были изданы школьные учебники, содержащие географические очерки. Его произведения, написанные для ребят, учат радоваться каждому дню, надеяться на лучшее, видеть красоту в заурядных, обычных вещах.

Безусловно, с творчеством этого поэта нужно познакомить своих детей как можно раньше.

Плещеев «Детство» читать текст

Алексей Плещеев

  · Published

Нищие 1 В удушливый зной по дороге Оборванный мальчик идет;…

Плещеев «Детство» читать текст

Алексей Плещеев

  · Published

У лесной опушки домик небольшой Посещал я часто прошлого весной….

Плещеев «Детство» читать текст

Алексей Плещеев

  · Published

На берегу Домик над рекою, В окнах огонек, Светлой полосою…

Плещеев «Детство» читать текст

Алексей Плещеев

  · Published

Читать стихи Плещеева про осень — «Осень наступила…», «Осенняя песенка», «Осень»…

Плещеев «Детство» читать текст

Алексей Плещеев

  · Published

«Шаловливые ручонки, Нет покою мне от вас! Так и жди,…

Плещеев «Детство» читать текст

Алексей Плещеев

  · Published

Хорошо вам, детки, — Зимним вечерком В комнатке уютной Сели…

Источник: http://detskie-stihi.com/aleksey-pleshheev/

«Детство» А. Плещеев

  • «Детство» Алексей Плещеев
  • Мне вспомнились детства далекие годы
    И тот городок, где я рос,
    Приходского храма угрюмые своды,
  • Вокруг него зелень берез.
  • Бывало, едва лишь вечерней прохладой
    Повеет с соседних полей,
    У этих берез, за церковной оградой,
  • Сойдется нас много детей.
  • И сам я не знаю, за что облюбили
    Мы это местечко, но нам
    Так милы дорожки заглохшие были,
  • Сирень, окружавшая храм.
  • Там долго веселый наш крик раздавался,
    И не было играм конца;
    Там матери нежный упрек забывался
  • И выговор строгий отца.
  • Мы птичек к себе приручали проворных,
    И поняли скоро оне,
    Что детской рукой рассыпаются зерна
  • Для них на церковном окне.
  • Мне вспомнились лица товарищей милых;
    Куда вы девались, друзья?
    Иные далеко, а те уж в могилах…
  • Рассеялась наша семья!
  • Один мне всех памятней: кротко светились
    Глаза его, был он не смел;
    Когда мы, бывало, шумели, резвились,
  • Он молча в сторонке сидел.
  • И лишь улыбался, но доброго взора
    С игравшей толпы не спускал.
    Забитый, больной, он дружился не скоро,
  • Зато уж друзей не менял.
  • Двух лет сиротой он остался; призрела
    Чужая семья бедняка.
    Попреки, толчки он терпел то и дело,
  • Без слез не едал он куска.
  • Плохой он работник был в доме, но жадно
    Читал всё и ночью и днем.
    И что бы ни вычитал в книжках, так складно,
  • Бывало, расскажет потом.
  • Расскажет, какие на свете есть страны,
    Какие там звери в лесах,
    Как тянутся в знойной степи караваны,
  • Как ловят акулу в морях.
  • Любили мы слушать его, и казался
    Другим в те минуты он нам:
    Нежданно огнем его взор загорался
  • И кровь приливала к щекам.
  • Он, добрый, голодному нищему брату
    Отдать был последнее рад.
    И часто дивился: зачем те богаты —
  • А эти без хлеба сидят?

Что сталось с тобою? Свела ли в могилу
Беднягу болезнь и нужда?
Иль их одолел ты, нашел в себе силу

  1. Для честной борьбы и труда?
  2. Быть может, пустился ты в дальние страны
    Свободы и счастья искать;
    И всё ты увидел, что стало так рано
  3. Ребяческий ум твой пленять.
  4. Мне вспомнились лица товарищей милых;
    Все, все разбрелись вы, друзья…
    Иные далеко, а те уж в могилах;
  5. Рассеялась наша семья!
  6. А там, за оградой, всё так же сирени
    Цветут, и опять вечеркам
    Малютки на старой церковной ступени
  7. Болтают, усевшись рядком.
  8. Там долго их говор и смех раздаются,
    И звонкие их голоски
  9. Тогда лишь начнут затихать, как зажгутся
  10. В домах городских огоньки…

ема детства очень сильна в произведениях русской литературы XIX века. Многие известные писатели и поэты, например, И. З. Суриков, Л. Н. Толстой и другие, обращались к воспоминаниям об этой счастливой поре в своих произведениях. Особенно ярко звучит этот мотив в творчестве Алексея Николаевича Плещеева (1825 – 1893).

«Детство» – такое простое название носит стихотворение, в котором лирический герой погружается в омут памяти. Оно написано в 1872 году, когда поэт был уже в зрелом возрасте. Видимо, поэтому, несмотря на детальность, с которой автор восстанавливает события прошлого, образы всё же смутны и проникнуты печалью.

  • Краски в произведении словно подёрнуты пеленой прожитых лет. Автор стремится сохранить яркость воспоминаний, рисуя с помощью эпитетов живые картины:
    Приходского храма угрюмые своды,
  • Вокруг него зелень берёз.

«Заглохшие дорожки», «вечерняя прохлада» — такими словами поэт описывает окружающую его действительность в детстве. Всё это пронизано ощущением тепла, но в то же время эти милые сердцу образы словно отдаляются.

Поэтому автор обращается к своим товарищам, задавая вопросы, которые останутся без ответов, и пытаясь удержать прошлое рядом:
Мне вспомнились лица товарищей милых;
Куда вы девались, друзья?
Иные далёко, а те уж в могилах…

Рассеялась наша семья!

После этих слов лирический герой принимается восстанавливать портрет своего товарища. Читатель может живо представить себе слабую тонкую фигурку ребёнка, одиноко сидящего в стороне, пока остальные дети развлекают себя активными играми.

Этот малыш больше других дорог автору, поэтому уделяет описанию его личности такое значительное внимание – из 18 строф этому персонажу посвящены 7.

На протяжении ещё двух поэт старается проследить его дальнейшую судьбу, используя многочисленные риторические вопросы:
Что сталось с тобою? Свела ли в могилу

  1. Беднягу болезнь и нужда?
  2. Затем, как бы завершая цикл, поэт повторяет:
    Мне вспомнились лица товарищей милых;
    Куда вы девались, друзья?
    Иные далёко, а те уж в могилах…
  3. Рассеялась наша семья!
  4. Это четверостишие становится рубежом, за которым остаются и товарищи по играм, и кусты душистой сирени, и мягкий городской вечер.

Стихотворение написано амфибрахием, благодаря чему имеет плавный ритм. В нём использованы аллитерации – с помощью повторения мягких сонорных согласных автор вызывает чувство сопереживания, симпатии к маленьким героям: «малютки», «облюбили», «сирень», «весёлый».

Конечно, хотя это произведение и повествует о детстве, всё же ближе взрослым. Оно напоминает читателю о скоротечности жизни, о важности дружбы и о том, что, несмотря на удары судьбы, в памяти всегда можно обрести отдых, окунувшись в воспоминания о безмятежном детстве.

Источник: https://pishi-stihi.ru/detstvo-pleshheev.html

Детство

  • Мне вспомнились детства далёкие годы И тот городок, где я рос, Приходского храма угрюмые своды,
  • Вокруг него зелень берёз.
  • Бывало, едва лишь вечерней прохладой Повеет с соседних полей, У этих берёз, за церковной оградой,
  • Сойдётся нас много детей.
  • И сам я не знаю, за что облюбили Мы это местечко, но нам Так милы дорожки заглохшие были,
  • Сирень, окружавшая храм.
  • Там долго весёлый наш крик раздавался, И не было играм конца; Там матери нежный упрёк забывался
  • И выговор строгий отца.
  • Мы птичек к себе приручали проворных, И поняли скоро оне, Что детской рукой рассыпаются зёрна
  • Для них на церковном окне.

Мне вспомнились лица товарищей милых; Куда вы девались, друзья? Иные далёко, а те уж в могилах…

  1. Рассеялась наша семья!
  2. Один мне всех памятней: кротко светились Глаза его, был он не смел; Когда мы, бывало, шумели, резвились,
  3. Он молча в сторонке сидел.
  4. И лишь улыбался, но доброго взора С игравшей толпы не спускал. Забитый, больной, он дружился не скоро,
  5. Зато уж друзей не менял.
  6. Двух лет сиротой он остался; призрела Чужая семья бедняка. Попрёки, толчки он терпел то и дело,
  7. Без слёз не едал он куска.
  8. Плохой он работник был в доме, но жадно Читал всё и ночью и днём. И что бы ни вычитал в книжках, так складно,
  9. Бывало, расскажет потом.
  10. Расскажет, какие на свете есть страны, Какие там звери в лесах, Как тянутся в знойной степи караваны,
  11. Как ловят акулу в морях.
  12. Любили мы слушать его, и казался Другим в те минуты он нам: Нежданно огнём его взор загорался
  13. И кровь приливала к щекам.
  14. Он, добрый, голодному нищему брату Отдать был последнее рад. И часто дивился: зачем те богаты —
  15. А эти без хлеба сидят?

Что сталось с тобою? Свела ли в могилу Беднягу болезнь и нужда? Иль их одолел ты, нашёл в себе силу

  • Для честной борьбы и труда?
  • Быть может, пустился ты в дальние страны Свободы и счастья искать; И всё ты увидел, что стало так рано
  • Ребяческий ум твой пленять.

Мне вспомнились лица товарищей милых; Все, все разбрелись вы, друзья… Иные далёко, а те уж в могилах;

  1. Рассеялась наша семья!
  2. А там, за оградой, всё так же сирени Цветут, и опять вечерком Малютки на старой церковной ступени
  3. Болтают, усевшись рядком.
  4. Там долго их говор и смех раздаются, И звонкие их голоски Тогда лишь начнут затихать, как зажгутся

В домах городских огоньки…

Источник: http://philosofiya.ru/detstvo3.html

Читать

Алексей Николаевич Плещеев

Полное собрание стихотворений

М. Поляков. Поэзия А. Н. Плещеева

Александр Блок в октябре 1908 года в статье «Вечера „искусств“» писал: «На днях один писатель (не моего поколения) рассказывал мне о прежних литературных вечерах: бывали они очень редко и всегда отличались особой торжественностью… Но почему потрясали сердца: Майков со своей сухой и изящной декламацией, Полонский с торжественно протянутой и романтически дрожащей рукой в грязной белой перчатке, Плещеев в серебряных сединах, зовущий „вперед без страха и сомненья“? Да потому, говорил мне писатель, что они как бы напоминали о чем-то, будили какие-то уснувшие струны, вызывали к жизни высокие и благородные чувства. Разве есть теперь что-нибудь подобное, разве может быть?»[1]

Значение писателя в жизни своего времени не всегда соответствует масштабам его таланта и важности его вклада в развитие отечественной литературы.

Нередко в истории поэзии мы видим, как, хотя бы и неполные, ответы на жгучие вопросы придают силу голосу художника.

В не меньшей степени действуют на читателей жизнь и характер писателя, его личное обаяние, его убеждения и искренность. Именно таким был поэтический облик А. Н. Плещеева.

Мысль о значении гражданского начала в поэзии у Блока пробудила воспоминание о Плещееве. И действительно, симпатичная фигура поэта-революционера до конца дней его вызывала в молодом поколении горячее сочувствие.

Читайте также:  Сценарий праздника рождества в старшей, подготовительной группе

Участие Плещеева в революционном движении определило в равной мере и основные мотивы и особенности его произведений, и его личную судьбу. В день сорокалетнего юбилея Плещеев получил множество поздравлений, и среди них были письма участников революционного движения и революционно настроенной молодежи.

Так, студент-художник восторженно отмечал как удивительный для годов реакции «славный малопонятный подвиг» служения поэта под «одним и тем же знаменем».[2]

Характерно также и то, что для реакционной печати и царского правительства Плещеев до конца дней своих оставался живым воплощением революционных настроений русского народа. Недаром в день его смерти газетам было запрещено печатать какое бы то ни было «панегирическое слово покойному поэту».[3]

Стихотворения А. Н. Плещеева – поэтическая биография лучших людей 40-60-х годов прошлого века, для которых неизменными оставались революционные идеалы.

В этом смысле поэзия петрашевца неотделима от истории русской демократической поэзии и истории освободительной борьбы второй половины XIX столетия.

Плещеев оценил и понял значение новых поколений русских революционеров и в течение весьма длинного жизненного и творческого пути стремился ответить на поставленные ходом общественного развития вопросы – именно поэтому его влияние на современность было так велико.

1

Алексей Николаевич Плещеев родился 22 ноября 1825 года в Костроме. Отец его, Николай Сергеевич, потомок старинного и известного в истории России дворянского рода, служил при олонецком, вологодском и архангельском губернаторах. Детство поэта прошло в Нижнем Новгороде, куда был переведен его отец.

Получив отличное домашнее образование, он в 1839 году был, по желанию матери, определен в школу гвардейских подпрапорщиков в Петербурге. Будущему поэту довелось здесь столкнуться с отупляющей и развращающей атмосферой николаевской военщины, которая навсегда поселила в его душе «самую искреннюю антипатию» (письмо к В. Д. Дандевилю от 24 мая 1855 года).

[4] Через полтора года он ушел из школы. В 1843 году будущий поэт поступил на восточный факультет Петербургского университета, в котором пробыл до лета 1845 года. Одновременно с ним здесь учились Н. Спешнев, А. Ханыков, Д. Ахшарумов и др.

В этом кругу товарищей, большинство которых позже войдет в общество Петрашевского, складывались литературные и политические интересы Плещеева. Знаменательно, что приблизительно в то же время начинается поэтическая деятельность многих будущих участников кружка Петрашевского: Салтыкова-Щедрина, Пальма, Дурова и др.

Именно в это «невыгодное для поэтов» (по выражению Некрасова) время в печати появились первые стихотворения А. Н. Плещеева. В февральском номере «Современника» за 1844 год он напечатал стихотворение «Ночные думы». Издатель «Современника» и ректор Петербургского университета П. А. Плетнев писал Я.

К- Гроту 16 марта 1844 года: «Видел ты в „Современнике“ стихи с подписью А. П-в? Я узнал, что это наш студент еще 1-го курса Плещеев. У него виден талант. Я его призывал к себе и обласкал его.

Он идет по восточному отделению, живет с матерью, у которой он единственный сын, и в университет перешел из школы гвардейских подпрапорщиков, не чувствуя расположения к ратной жизни».[5] Вскоре обнаружилось идейное расхождение Плещеева с «Современником», которое сам же Плетнев объяснил влиянием идей Белинского или, как пишет он, «доктрины Краевского».

Белинскому принадлежит важная роль в становлении политических и литературных взглядов Плещеева-студента. В своих статьях поэт с горячим чувством вспоминал о значении статей Белинского в его время, «когда с каким-то лихорадочным нетерпением ожидалась публикой каждая книжка журнала, где писал Белинский.

Сильнее билось сердце молодого поколения в ответ на его могучий, страстный, энергический голос, говоривший о любви к истине, науке и человечеству, беспощадно преследовавший все низкое, противное достоинству человека – в жизни, и все ложное, напыщенное, риторическое – в искусстве». И затем он так определял роль Белинского в судьбе своего поколения: «Сколько людей обязаны ему своим развитием; скольких научил он сознательно смотреть на окружающую их действительность, скольким помог уразуметь всю пошлость и уродливость некоторых ее явлений, вопреки воспитанию, приучившему рабски склонять перед этими явлениями голову…»[6]

Отрицание пошлости и уродливости тогдашнего общества, демократические и социалистические идеи – таков один из итогов студенческого периода. Недаром летом 1845 года он покинул университет и в письме к П. А. Плетневу объяснил свой уход неудовлетворенностью университетским курсом и желанием «посвятить себя наукам живым… близким к жизни и, следовательно, к интересам нашего времени…».

[7] Среди этих наук он называет далеко не случайно историю и политическую экономию. Этот перелом в настроениях Плещеева привел его также к отказу от сотрудничества в благонамеренном (донекрасовском) «Современнике». В том же 1845 году он попытался забрать у Плетнева под благовидным предлогом свои стихотворения, объясняя это тем, что их нельзя печатать без «значительных поправок и изменений».

[8]

Видимо, этим объясняется его переход с 1845 года в другие издания – «Репертуар и Пантеон» и «Иллюстрацию». Во всяком случае, характерно, что в 1844 году он напечатал в «Современнике» 13 стихотворений, в 1845 году – два, а в 1846-м появилось только одно – «На память», с датою –1844 год.

С начала 1845 года Плещеев, по существу, прекратил участие в журнале Плетнева. Этим же объясняется и то обстоятельство, что стихотворения, опубликованные в «Современнике» в 1845–1846 годах, он вновь напечатал в других органах, а некоторые появляются одновременно в «Современнике» и «Репертуаре и Пантеоне».

Во многом меняется и сам характер его поэтической деятельности.

Крайне знаменателен тот факт, что уход из «Современника» и университета совпадает с возникновением тайного общества Петрашевского. Общность литературных и философско-политических интересов сближает Плещеева с Н. В. Ханыковым, П. В. Веревкиным, И. М. Дебу, М. В. Петрашевским, братьями Майковыми, Милютиными и др. Из них и составилось в 1845 году тайное общество Петрашевского.

Плещеев принадлежал к числу наиболее видных участников «пятниц» (или, как их называли участники, – «комитетов» или «сходок») Петрашевского.[9] Он был посетителем «пятниц» с момента их возникновения, то есть с начала 1845 года. Вместе с Ханыковым, Баласогло, Дуровым, Вл.

Милютиным, Салтыковым, Спешневым, Энгельсоном Плещеев входил в основное ядро этого политического общества уже в 1845–1846 годах. Кроме того, он был связан и с другими кругами оппозиционно настроенной интеллигенции Петербурга. В числе его знакомых были братья Бекетовы, в доме которых также «слышался негодующий благородный порыв против угнетения и несправедливости».

[10] Здесь он сдружился с рано погибшим критиком Валерьяном Майковым и Ф. М. Достоевским. Весной 1846 года Плещеев познакомил Ф. Достоевского с Петрашевским.[11] Осенью 1848 года по почину Плещеева и Достоевского возник особый кружок С. Ф. Дурова, А. И. Пальма и Плещеева. В полицейской сводке сказано: «Григорьев отозвался, что они имели характер политический».[12] По показаниям А. Н.

Барановского, зимою 1846–1847 года в рассказывании различных антиправительственных анекдотов «отличались преимущественно Петрашевский и Плещеев».[13]

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=261491&p=46

Читать онлайн Плещеев страница 1. Большая и бесплатная библиотека

Как ни расходятся Плещеев и Помяловский в основных линиях своего внутреннего мира, но у них есть и объединяющее начало: любовь к детям и к молодости вообще. Это у них не деталь, не чувство среди других чувств; это – их миросозерцание, центральный момент души.

Оба они живо сознают себя только временными обладателями жизни, которую нужно передать ожидающей смене.

Оба они – нравственные завещатели; на свои ошибки и горечи смотрят они как на испытания, которые посланы им были для того, чтобы они, страдавшие писатели, спасли от них последующую человеческую очередь – детей, юношей, юниц.

«Играйте, дети, играйте!., мы, старые люди, будем любоваться на вас…»

Вот эти слова Помяловского, это обращение старика, физического или духовного, к детям, к юности, этот возглас: «мы, старые люди, будем любоваться на вас» – вот что характеризует и Плещеева.

Собственная жизнь изжита, но в душе не пусто, и она с лаской и любовью раскрывается для чужих жизней, для чужой молодости.

И, осуществляя горькое противоречие, старик вместе с юношами поет Gaudeamus igitur – песню, в его устах такую грустную и незаконную.

Плещеев часто в своих стихотворениях называет себя странником. Это верно прежде всего в том отношении, что у него не было своего поэтического дома. Как художник, он не оригинален и не высок; в его бледных строфах много прозы и мало образов; лишь изредка звучат они певучей мелодией, лишь изредка вспыхивают искорками настоящей красоты.

У него – темперамент спокойный и чуждый пафоса; немного крылатых слов и незабываемых стихов завещал он потомству. Он сам называет свой стих «плохим». Но и в словах невыразительных сказывается поэтическая и кроткая душа, которая жаждет говорить на возвышенном языке стихов; но и в речи, не богатой красками, чуется беззвучная песнь чистого сердца.

В саду его не было прекрасных лилий, «горделивых георгин»; но садик его все-таки был «свеж и зелен»,

У Плещеева не было поэтического дома, и, странник, он шел на огонек – между прочим, и на огонек чужой поэзии.

Он много и хорошо переводил, стучался к разным певцам, соседям по духу, и, претворяя, черпал у них те звуки и темы, на которые ему недоставало собственной мощи и творчества.

Он не был самостоятелен и силен, и даже молодым его трудно представить себе. Рано ему послышался «говор зеленых ветвей» над отцовскою могилой:

Когда он был «годами еще не стар», ему была уже «мила пора заката»:

Эта кроткая тишина и сердечность разлита во всей его поэзии. И так случайны кажутся на его негромкой и задушевной лире отдельные порывы энергии или мотивы сатирического отношения к действительности.

  • Жизнь не горела в нем ярким пламенем – это была приветливая лампада, к тихому свету которой приходили молодые, сбегались дети, и, как старик его собственного стихотворения, он рад был этой веселой семье, щебетавшей «словно птички перед сном»:
  • И добрый дедушка все это покорно исполнял, пока не подкралась к нему роковою стопою никого не забывающая смерть.
  • И на его могильной плите, как лучшую характеристику его милой поэзии, следовало бы начертать вот эти стихи о почившем старике:

Да, дети больше всех горюют по нем, потому что в сутолоке борьбы и заботы нам не до них, и кто же из серьезных и взрослых станет заниматься ими – кто поймает белку, сделает свисток?..

Трудно проследить, как душа ребенка, сначала прозрачная и невинная, постепенно затуманивается и теряет свою свежесть и чистоту.

Где раньше перед нами в миниатюре повторялась история мироздания и мы видели, как девственную почву озарял благословенный свет, и воочию происходило перед нами рождение мыслей – там через немногие годы воцаряются умыслы, бледнеют и гаснут следы непосредственности и расчетливые уста нередко говорят не то, что переживает сердце. Как лепестки мимозы, свертывается душа, и проникает в человека дух лукавства и лжи, дух угрюмой осторожности и подозрения. Уныло и деловито протекает жизнь, и тени и темные краски ложатся на внутренний мир, и мы не все поверяем друг другу; там, где прежде было открыто, светло и откровенно, возникают сумеречные кулисы, за которыми скрываются истинные пружины речей и поступков. Так перед усложнившейся действительностью исчезает дитя и рождается сложный и замкнутый взрослый человек.

Читайте также:  Математические загадки для дошкольников в стихах с ответами

Но дитя исчезает не совсем. В разгаре условностей, насущных интересов и стремлений оно порою воскресает и зовет к себе как далекое воспоминание, как вечерний звон.

Наивное и непосредственное заявляют о своих правах, потому что в основе и глубине нашего существа, под тяжким слоем жизненных впечатлений, под гнетом «усталой совести», все же таится ребенок.

И жалко тех людей, которые с грузом своих лет и своих забот на плечах забывают в себе ребенка, заглушают его. Но обыкновенно что-нибудь детское остается у всех, и своеобразно всплывает оно у стариков.

Деды и внуки сходятся между собою, начала и концы встречаются. Зрелый человек делает жизнь, и ему некогда; старый же кончил свою работу, отбыл свой урок, и старость в той или другой форме является отдыхом.

Для старика завершилась жизненная борьба, потускнели краски мира, охладело участие к нему и мир сделался теснее, быть может, уютнее. Досуг, печальный досуг старика позволяет уходить подальше от повседневных забот, и вот, когда спадает их скорлупа, возвращается ребенок.

Это возвращение нередко бывает грустно, потому что знаменует собою распад психического мира, понижение умственных сил.

Но там, где они сохраняют свою прежнюю цельность, как это было у Плещеева, – там второе детство значительно теряет свой обидный и жалостный характер, и от его соприкосновения с детством первым, с детством девственным, рождается идиллия. Тогда в кругу своих внуков восседает дедушка и рассказывает сказки

Это, разумеется, трогательно; однако никто не станет отрицать, что в недолгой встрече уходящего из жизни и входящих в нее, в этой прощальной беседе старика и детей, кроется великая скорбь. На отжившем инструменте порвались уже многие струны, и его отдали детям.

Не будет в долгие зимние вечера спокойно рассказывать сказки тот, в ком бьется и трепещет собственная кипучая жизнь.

Мы все хотим, чтобы как можно позже настал для нас зимний вечер наших дней; мы бежим своею мыслью этого грядущего отдыха, и хорошо бы всегда работать, спешить и стремиться и не иметь времени, медлительного времени для сказок.

Но для большинства из нас, если только мы будем жить вообще, этот вечер и отдых настанет, и огонь нашего духа погаснет не сразу, не в разгаре, а будет тлеть и содрогаться в мерцании старчества.

Придет зима. И тогда лучшие из нас уберегутся от опасности завистливого отчуждения; в холоде старости не будут они брюзжать на молодую поросль, на радостные побеги чужой весны.

Не исполнится горькое слово Пушкина, не будут они средь новых поколений как «докучный гость, и лишний и чужой», – нет, они благословят эту новую жизнь и бережно передадут ей из рук в руки свои недовершенные замыслы, свои лучшие надежды.

Может быть, грустно будет у них на душе, но от души пожелают они, чтобы то счастье, за которое они боролись и которого сами не изведали, – чтобы оно засияло над «курчавыми головками» детей, над юностью, полной сил и отваги.

В этом – утешение старости; в этом – примиряющее начало того зрелища, какое представляет собою старик, окруженный молодыми; в этом, наконец, – и высший смысл произведений Плещеева и Помяловского.

Этот элегический мотив нередко слышится в стихотворениях Плещеева. Он жалуется и на жизнь, и на самого себя.

Жизнь обманула, не сдержала своих светлых обещаний, «судьба прекословила надеждам», но и сам он мало помогал ближнему (а благо ближнего всегда служило ему путеводной нитью), сам он многого не совершил, оказался ниже собственных идеалов: «раба бессилье наложило свою печать на все его дела», и казнит его «палач неумолимый – совесть».

Источник: https://dom-knig.com/read_395644-1

А.Н. ПЛЕЩЕЕВ: «ДЕДУШКИНЫ ПЕСНИ» — ЦИКЛИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА

А.Н.  ПЛЕЩЕЕВ:  «ДЕДУШКИНЫ  ПЕСНИ»  —  ЦИКЛИЧЕСКАЯ  СТРУКТУРА

  • Баранова  Галина  Николаевна
  • учитель  русского  языка  и  литературы  МОУ  «Лицей  №  25»  РФ,  г.  Омск
  • E-mail:  barlen@yandex.ru

A.N.  PLESHEYEV:  CYCLIC  STRUCTURE  OF  “THE  GRANDFATHERS  SONGS”

  1. Baranova  Galina
  2. teacher  of  Russian  and  Literature  Lycée  №  25,  Russia,  Omsk
  3. АННОТАЦИЯ

Статья  посвящена  исследованию  особенностей  архитектоники  лирической  контекстовой  формы  А.Н.  Плещеева.  Она  рассматривается  с  учетом  жанровой  эволюции  и  в  контексте  литературного  процесса  первой  половины  XIX  века.

  Анализ  показывает,  как  происходит  сдвиг  в  поэтике  жанровых  форм  в  рамках  индивидуальной  художественной  системы  и  обнаруживает  непосредственные  связи  процесса  жанровой  трансформации  в  лирике  Плещеева  со  сменой  культурных  парадигм  в  русской  литературе.

ABSTRACT

The  features  of  the  architectonics  of  the  lyric  context  form  of  A.N.  Plesheyev’s  are  investigated  in  the  article.  The  architectonics  is  examined  within  account  of  genre  evolution  and  in  the  context  of  literary  process  in  the  early  XIX  century.

  The  analyses  allow  observing  the  change  in  the  poetry  of  genre  forms  within  the  individual  artistic  system  and  reveal  direct  connections  of  the  process  of  a  genre  transformation  in  Plesheyev  lyrics  with  the  change  of  cultural  paradigms  in  Russian  literature.

Ключевые  слова:  текст;  контекст;  жанр;  цикл;  книга;  лирика;  литературный  процесс. 

Keywords:  text;  context;  genre;  cycle;  book;  lyrics;  literary  process.

Важное  место  в  творчестве  Алексея  Николаевича  Плещеева  (1825—1893)  занимала  детская  литература  и  в  частности  поэзия.  Несомненный  успех  имели  сборник  «Подснежник.  Стихотворения  для  детей  и  юношества  А.Н.  Плещеева»  (1878)  и  «Дедушкины  песни.  Стихотворения  для  детей  А.Н.  Плещеева»  (1891).

  Некоторые  произведения  из  них  стали  хрестоматийными  («Старик»,  «Бабушка  и  внучек»,  «Весна»  и  др.).  Поэт  принимал  активное  участие  в  издательском  деле  именно  в  русле  развития  литературы  для  детей.  Если  говорить  о  периоде  появления  детской  тематики  в  творческой  деятельности  А.Н.

  Плещеева  вообще,  то  следует  указать,  что  впервые  и  непосредственно  «дети»  вошли  в  его  поэзию  еще  в  1861  году.  Тогда  совместно  с  Ф.Н.  Бергом  был  издан  сборник-хрестоматия  «Детская  книжка»,  затем  в  1873  году  —  сборник  произведений  для  детского  чтения  «На  праздник».  А.Н.

  Плещеев  охотно  печатал  собственные  стихи  для  детей,  сотрудничая  в  журналах  «Семья  и  школа»,  «Детское  чтение»,  «Современник»,  «Отечественные  записки». 

Однако  поэтика  детских  стихотворений  автора  до  сих  пор  остается,  пожалуй,  менее  разработанной  областью  в  его  литературном  наследии.  Из  исследователей,  занимавшихся  изучением  творчества  поэта,  лишь  немногие  обращались  к  его  детской  поэзии  (Ю.И.

  Айхенвальд,  А.Р.  Мазуркевич,  Л.В.  Миронова,  И.А.  Щуров).  Анализируя  творчество  А.Н.  Плещеева,  Ю.И.

  Айхенвальд  писал  о  том,  что  в  произведениях  поэта  «любовь  к  детям  и  к  молодости  вообще  —  это  не  чувство  среди  других  чувств;  это  —  миросозерцание,  центральный  момент  души».  Автор  работы  считал  А.Н.

  Плещеева  «нравственным  завещателем;  который  смотрел  на  свои  ошибки  и  горечи  как  на  испытания,  посланные  для  того,  чтобы  страдавшие  писатели  спасли  от  них  последующую  человеческую  очередь  —  детей,  юношей,  юниц»  [1,  c.  278].

Выявим  наиболее  существенные  моменты  лирической  структуры«Дедушкиных  песен»  для  предварительной  постановки  вопроса  о  статусе  издания  (о  степени  художественной  целостности,  слитности  составляющих  его  текстов). 

Для  литературы  середины  XIX  века  были  характерны  такие  явления  как  цикл  и  циклизация.  Они  занимали  одно  из  приоритетных  направлений  в  творчестве  многих  поэтов  названного  периода.  Свою  лирику  как  систему  цикловых  структур  организует  и  А.Н.  Плещеев.

В  настоящее  время  большинство  определений  контекстовой  формы  строится  на  принципе  нахождения  в  нем  того  или  иного  централизующего  начала,  «скрепляющего»  отдельные  произведения  в  целое.

  Будь  то  единство  жанра,  цельность  мотивного  комплекса  или  специфика  субъектного  плана,  —  на  всех  этих  уровнях,  по  мнению  большинства  цикловедов,  должна  проявляться  авторская  концепция,  реализующая  единство  авторской  личности.

Последнее  подготовленное  для  детей  дошкольного  и  младшего  школьного  возраста  издание  А.Н.  Плещеева  вышло  в  Москве,  было  отпечатано  в  типографии  И.Д.  Сытина.  Внешне  книга  оформлена  просто.  На  ее  обложке  представлен  портрет  поэта  преклонных  лет.

  Это  акцентирует  внимание  на  продуманном  художественном  единстве  дизайна  и  заглавия  книги  —  «Дедушкины  песни».  Читатель  может  предположить,  что  формой  выражения  авторского  сознания,  скорее  всего,  будет  собственно  автор,  который  и  является  «дедушкой».

  Действительно,  в  последние  годы  жизни  в  своей  детской  поэзии  А.Н.

  Плещеев  предстает  в  образе  благообразного,  убеленного  сединами  старца,  находившегося  в  дружеских  отношениях  с  маленькими  читателями,  понимавшего  их  и  понимаемого  ими,  горячо  любящего  их  и  любимого  детьми  «дедушки». 

В  составе  книги  двадцать  стихотворений,  семнадцать  из  которых  озаглавлены  номинативно:  «Весна»,  «Ненастье»,  «Цветок»,  «Ребенку»  и  другие.  Три  —  по  первой  строке  произведения:  «Напрасно  птички,  вас  мое…»,  «Капля  дождевая…»,  «Перед  ветхою  избенкой…».

  Написаны  они  в  разное  время,  в  период  с  1858  по  1878  годы.  Ранее  стихи  печатались  отдельно  в  других  изданиях.

  Стихотворение  «Птичка»  (1858),  например,  впервые  появилось  в  журнале  «Русский  вестник»,  в  «Современнике»  были  напечатаны  «Тучи»  (1863),  в  «Отечественных  записках»  —  «Детство»  (1873).

Тексты  в  книге  расположены  не  в  хронологической  последовательности:  первый  из  них  написан  в  1861  году,  следующий  —  в  1858,  последний  —  в  1877  году.  Стихи,  вошедшие  в  центральный  массив  книги,  датированы  1870,  1878,  1872,  1860,  1863,  1875,  1873  годами.

  Это  свидетельствует  о  том,  что  книга-цикл  представляет  собой  собранную  автором  вторичную  структуру.  Она  основана  на  идейно-тематическом  содержании,  жанровой  доминанте,  соединенной  сквозными  образами,  внутреннем  единстве  смыслового  пространства  и  других  «межстихотворных  скрепах»  (В.А.

  Сапогов),  дающих  возможность  наблюдать  «текстовое  развертывание  авторской  системы»  (О.В.  Мирошникова).

Стихотворения,  составившие  метажанр,  с  полной  отчетливостью  помогают  понять,  почему  для  детей  А.Н.  Плещеев  был  хорошо  знакомым  дедом,  дедушкой,  образ  которого  так  часто  мелькает  на  страницах  его  книги  и  который  выражает  идею  задуманного  целого.

  «Деды  и  внуки  сходятся  между  собой,  начала  и  концы  жизни  встречаются»,  —  пишет  Ю.И.  Айхенвальд,  характеризуя  детскую  поэзию  А.Н.  Плещеева  [1,  c.  279].  О  том,  как  подобная  встреча  происходит  в  действительности,  и  повествует  автор  «Дедушкиных  песен».

  В  стихотворении  «Детство»  он  обращается  к  этому  периоду  своей  жизни. 

  • Мне  вспомнились  детства  далекие  годы 
  • И  тот  городок,  где  я  рос,
  • Приходского  храма  угрюмые  своды, 
  • Вокруг  него  зелень  берез. 
  • …………………………… 
  • Там  долго  веселый  наш  крик  раздавался, 
  • И  не  было  играм  конца; 
  • Там  матери  нежный  упрек  забывался 

И  выговор  строгий  отца  [2,  c.  182].

Проходят  годы,  и  перед  усложнившейся  реальностью  исчезает  ребенок,  развивается,  мужает  в  житейских  трудностях  взрослый  человек.  Но  дитя  «перестает  жить»  в  нем  не  совсем.  Оно  иногда  воскресает  и  манит  к  себе  как  далекое  воспоминание,  как  церковный  вечерний  звон.  И  это  второе  детство  встречается  с  вновь  появившимся  другим,  потому  что 

  1. …там,  за  оградой,  все  так  же  сирени 
  2. Цветут,  и  опять  вечерком 
  3. Малютки  на  старой  церковной  ступени 
Читайте также:  Андрей платонов «любовь к родине, или путешествие воробья» читать

Болтают,  усевшись  рядком  [2,  c.  184].

  • Два  детства,  соприкасаясь,  образуют  общность,  между  ними  рождается  прочное  взаимопонимание,  возникают  постоянные  интересы.  Вот  тогда-то  в  кругу  внуков  восседает  дедушка  и  рассказывает  им  свои  песни  и  сказки: 
  • Про  лису,  про  колобок, 
  • Да  про  квакушку-лягушку, 

Да  про  мышкин  теремок  [2,  c.  208].

Однако,  и  это  естественно,  А.Н.  Плещеев  не  стремится  в  своих  стихах  для  детей  к  адекватному  копированию  собственной  биографии  и  своего  жизненного  опыта.

  Поэт  как  конкретная  реальная  личность  и  образ  автора,  являющийся  динамическим  образом  художественного  единства,  целостности,  —  не  одно  и  то  же.

  В  «Дедушкиных  песнях»  мы  находим  и  другие  формы  авторского  сознания:  лирический  герой  («Мой  садик»),  автор-повествователь  («Детство»),  лирический  персонаж  («Зимний  вечер»).  В  поэтической  стихии  книги  А.Н.

  Плещеева  они  реализуют  на  всех  уровнях  текста  ее  художественную  циклическую  сущность,  связывая  между  собой  отдельные  стихи-фрагменты  в  единое  произведение,  в  единую  «песню  чистого  сердца»  (Ю.И.  Айхенвальд).

Для  стихотворений  поэта  как  циклового  единства,  объединенных  темой  детства,  гуманными  мотивами,  субъектной  сферой,  где  преимущественно  действует  лирический  персонаж  —  ребенок,  свойственна  простота,  жизненность  ситуаций,  предельная  ясность  образов.

Каковы  же  дети  в  книге  поэта?  Как  и  в  реальной  жизни,  они  подвижные,  шаловливые,  шумные,  везде  успевающие,  всем  интересующиеся,  а  также  добрые,  отзывчивые,  умеющие  сострадать  всему  живому.

  Вот  перед  нами  плещеевский  Ваня,  во  что  бы  то  ни  стало  желавший  учиться  в  школе,  из  стихотворного  рассказа  «Бабушка  и  внучек».  Резвый  Вася,  потихоньку  сбежавший  с  Жучкой  от  няни  в  поле  («Завтра!»).  Нищий  одинокий  мальчик,  судьба  которого  изначально  сложна.

  Смерть  матери  заставляет  его  осознать,  что  рассчитывать  на  чью-либо  помощь  бессмысленно.  И  уже  потеряв  надежду  на  поддержку,  он  неожиданно  получает  ее  от  бедного  старика,  который  делится  с  ним  последним  куском  хлеба,  так  как  таких  людей,  как  они,  может  понять  «видно,  не  сытый,  а  только  голодный»  («Нищие»).

  Таковы  и  подобны  им  многие  лирические  персонажи  «Дедушкиных  песен»  А.Н.  Плещеева,  которые  дают  отчетливое  представление,  как  по-разному  представлен  в  книге  мир  ребенка.

Для  всей  поэзии  автора,  в  том  числе  и  для  детских  стихов,  характерны  элементы  критического  восприятия  действительности  с  глубокими  раздумьями  о  противоречивости,  сложности  человеческой  натуры,  о  преобладающем  значении  в  жизни  человека  его  духовно-нравственных  устремлений.  Для  отражения  этого  в  своем  творчестве  А.Н.  Плещеев  очень  часто  обращался  к  стихотворениям  с  ярко  выраженными  эпическими  компонентами.

Стихи  для  детей  в  решении  этой  проблемы  не  стали  исключением,  поэт  определял  их  как  правдивый  рассказ  о  жизни.  А  стремление  к  достоверному  изображению  реальности  требовало  от  него  необходимой  ориентации  на  те  или  иные  жанровые  формы.

  В  основном,  они  лироэпические:  стихотворные  рассказы  и  очерки,  картинки,  зарисовки,  сценки  из  повседневной  жизни.  На  такой  выбор  жанра  в  «Дедушкиных  песнях»  иногда  конкретно  указывал  сам  автор,  например,  «Ненастье.  (Картинка)»,  «Завтра!  (Сценка  из  вседневной  жизни)».

  К  жанру  стихотворного  рассказа  или  очерка,  где  собственно  автор  или  лирический  персонаж  соединяют  отдельные  произведения  в  целое,  в  книге  можно  отнести  стихотворения  «Бабушка  и  внучек»,  «Детство»,  «Ожидания»,  «Перед  ветхою  избенкой…»,  двучастную  форму  «Нищие».

  К  жанру  пейзажной  зарисовки  с  социальным  компонентом  принадлежат  стихотворения  «Весна»  (1861),  «Птичка»,  «Весна»  (1872),  «Капля  дождевая…»  и  др.

Многие  стихотворения  А.Н.  Плещеева  различных  жанров  были  положены  на  музыку  композиторами.

  Это  свидетельствует  о  том,  что  стихи  поэта  необычайно  лиричны,  мелодичны,  организованы  так,  что  обладают  гармоническим  слиянием  поэтического  и  музыкального  замысла.

  Из  двадцати  стихотворений,  включенных  в  книгу  «Дедушкины  песни»,  семь  в  то  же  время  являются  и  музыкальными  произведениями:  «Весна»  (1872),  «Капля  дождевая…»,  «Мой  садик»,  «Цветок»,  «В  бурю»,  «Зимний  вечер»,  «Легенда».

Все  детские  стихотворные  произведения  поэта  построены  на  сюжете,  который  прост  и  в  жизни  обычен.  Он  помогает  Плещееву  развивать,  например,  мотивы  деятельного  сочувствия,  сопереживания  обездоленным.

  Таковы  стихотворения  «Весна»  (1861),  из  которого  читатель  узнает,  что  с  приходом  весны,  любимого  времени  года  автора,  символизирующего  пробуждение  новых  молодых  сил,  творческое  и  духовное  обновление,  «позабудет  бедный  горе»,  «Птичка»  (1858),  которая  горемыке-бедняку  богом  в  отраду  послана  издалека,  для  него  она  принесла  песню  надежды  и  примирения.  Мысль  о  внимании  к  бедным  слышится  и  в  коротком  восьмистишии,  переведенном  поэтом  с  немецкого  языка  (из  Морица  Гартмана)  «Капля  дождевая…»  (1860),  сюжет  которого  тоже  незамысловат.

  1. Капля  дождевая 
  2. Говорит  другим:
  3. «Что  мы  здесь  в  окошко
  4. Громко  так  стучим?»
  • Отвечают  капли: 
  • «Здесь  бедняк  живет,
  • Мы  ему  приносим

Весть,  что  хлеб  растет»  [2,  c.  186].

В  заключительном  стихотворении  книги-цикла  «Легенда»  автор  рассказывает  о  том,  что  у  Христа-младенца  был  сад  и  в  нем  он  взрастил  много  роз.  Когда  же  розы  расцвели,  Христос  пригласил  в  свой  сад  еврейских  детей,  те  сорвали  по  одному  цветку,  и  весь  сад  был  опустошен. 

  1. «Как  ты  сплетешь  теперь  венок?» 
  2. В  твоем  саду  нет  больше  роз!» 
  3. «Вы  позабыли,  что  шипы 
  4. Остались  мне»,  —  сказал  Христос. 
  5. И  из  шипов  они  сплели 
  6. Венок  колючий  для  него, 
  7. И  капли  крови,  вместо  роз, 

Чело  украсили  Его  [2,  c.  187].

Это  очень  характерный  для  поэта  символ:  розы  —  другим,  шипы  —  себе.  А.Н.  Плещеев  всегда  был  рад  за  тех,  кого  венчали  розы  детства,  молодости  и  счастья.  Пусть  собственная  молодость  ушла  —  да  возродится  она  в  другом!  Собственная  жизнь  прожита  —  да  будет  же  благословенна  новая!

Так  плещеевские  сюжеты  стихов  для  детей  дают  возможность  развиваться  ситуативно-фабульному  внутреннемудвижению  в  произведении,  а  также  создавать  композиционную  динамичность  книжного  единства.

Таким  образом,  все  стихотворения  книги-цикла  поэта,  составленной  из  ранее  написанных  и  напечатанных  произведений,  соединяясь  и  взаимодействуя,  подчиняются  однородной  жанрово-тематической  доминанте.

  Они  организуют  динамическую  структуру,  образуют  единое  смысловое  поле,  единый  текст  песен,  в  котором  художественно,  реалистично,  целостно  представляют  мир  ребенка,  отраженный  в  определенных  идеалах  и  требованиях  к  миру,  воссозданных  в  поэтической  концепции  А.Н.  Плещеева.

Список  литературы:

  1. Айхенвальд  Ю.И.  Силуэты  русских  писателей.  М.:  Республика,  1994.  —  592  с.
  2. Плещеев  А.Н.  Стихотворения.  Проза.  М.:  Правда,  1988.  —  464  с.

Источник: https://sibac.info/conf/philolog/xliii/40409

Иван Суриков — Детство: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Вот моя деревня: Вот мой дом родной; Вот качусь я в санках

По горе крутой;

  • Вот свернулись санки, И я на бок — хлоп! Кубарем качуся
  • Под гору, в сугроб.
  • И друзья-мальчишки, Стоя надо мной, Весело хохочут
  • Над моей бедой.
  • Всё лицо и руки Залепил мне снег… Мне в сугробе горе,
  • А ребятам смех!
  • Но меж тем уж село Солнышко давно; Поднялася вьюга,
  • На небе темно.
  • Весь ты перезябнешь, — Руки не согнёшь, — И домой тихонько,
  • Нехотя бредёшь.
  • Ветхую шубёнку Скинешь с плеч долой; Заберёшься на печь
  • К бабушке седой.
  • И сидишь, ни слова… Тихо всё кругом; Только слышишь: воет
  • Вьюга за окном.
  • В уголке, согнувшись, Лапти дед плетёт; Матушка за прялкой
  • Молча лён прядёт.
  • Избу освещает Огонёк светца; Зимний вечер длится,
  • Длится без конца…
  • И начну у бабки Сказки я просить; И начнёт мне бабка
  • Сказку говорить:
  • Как Иван-царевич Птицу-жар поймал, Как ему невесту
  • Серый волк достал.
  • Слушаю я сказку — Сердце так и мрёт; А в трубе сердито
  • Ветер злой поёт.
  • Я прижмусь к старушке… Тихо речь журчит, И глаза мне крепко
  • Сладкий сон смежит.
  • И во сне мне снятся Чудные края. И Иван-царевич —
  • Это будто я.
  • Вот передо мною Чудный сад цветёт; В том саду большое
  • Дерево растёт.
  • Золотая клетка На сучке висит; В этой клетке птица
  • Точно жар горит;
  • Прыгает в той клетке, Весело поёт, Ярким, чудным светом
  • Сад весь обдаёт.
  • Вот я к ней подкрался И за клетку — хвать! И хотел из сада
  • С птицею бежать.
  • Но не тут-то было! Поднялся шум-звон; Набежала стража
  • В сад со всех сторон.
  • Руки мне скрутили И ведут меня… И, дрожа от страха,
  • Просыпаюсь я.
  • Уж в избу, в окошко, Солнышко глядит; Пред иконой бабка
  • Молится, стоит.
  • Весело текли вы, Детские года! Вас не омрачали
  • Горе и беда.

Анализ стихотворения «Детство» Сурикова

Детство в жизни каждого — незабываемая пора. Детские впечатления человек проносит через всю жизнь, возвращаясь к ним в минуты грусти. Именно об этом рассказывает стихотворение И. З. Сурикова «Детство».

Стихотворение Ивана Захаровича Сурикова «Детство» было написано в 1866 году. Поэт практически всю жизнь находился в затруднительном материальном положении. Неудивительно, что он создал произведение, вызывающее щемящую тоску по беззаботному детству.

Жанр, тема и идея

«Детство» относится к лирическим стихотворениям с чётким сюжетом. Его тема отражена в названии. Идея произведения — показать глубину переживаний лирического героя, рисующего чудесные моменты своего счастливого детства.

Образы стихотворения

Невидимый образ стихотворения — взрослый мужчина, вспоминающий себя мальчиком. Этот мальчик — главный герой произведения. Второстепенные персонажи, с любовью описанные автором, — бабушка, матушка и дед.

Композиция

Произведение состоит из 23 четверостиший (строф). Логически его можно поделить на 4 смысловые части:

  • зимние катания (первые 6 строф);
  • семейный вечер (следующие 8 строф);
  • сладкий сон (с 15 по 22 строфы);
  • возвращение в реальность.

Последняя строфа содержит вывод с риторическим обращением к детству лирического героя.

Ритмический строй

«Детство» написано трёхстопным хореем с перекрёстной рифмовкой. Данный факт создаёт быстрый ритм при прочтении.

Художественные средства

И. З. Суриков для более глубокого воздействия на читателя использует множество фонетических, лексических, синтаксических и художественных средств:

  • анафору (единоначатие): первые 3 строки начальной строфы начинаются одинаково;
  • однородные члены: «тихонько, // Нехотя»;
  • риторическое обращение: «Весело текли вы, // Детские года!»;
  • эпитеты: «родной», «тихонько», «сердито»;
  • антонимы: «Мне в сугробе горе, // А ребятам смех!»;
  • синонимы: «Горе и беда»;
  • просторечные формы слов: «качуся», «мрёт», «Поднялася»;
  • междометия и звукоподражательные слова: «хвать!», «хлоп!»;
  • звукопись (аллитерацию и ассонанс): в 7 строфе постоянно повторяется звук [ш], а в 8 — звуки [о] и [а];
  • лексический повтор: «Зимний вечер длится, // Длится без конца…».

Благодаря средствам, используемым поэтом, стихотворение И. З. Сурикова возвращает героя (и читателя) в то время, когда он был счастлив. Образ маленького человека, катающегося на санках с горы и слушающего сказки бабушки, прорисован поэтом очень чётко и правдоподобно.

Читать стих поэта Иван Суриков — Детство на сайте РуСтих: лучшие, красивые стихотворения русских и зарубежных поэтов классиков о любви, природе, жизни, Родине для детей и взрослых.

Источник: https://rustih.ru/ivan-surikov-detstvo/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector